В центре арены разместились массивные крепостные стены — уменьшенный макет Трои. Надрывные звуки медных труб создали у зрителей состояние тревожного ожидания. Воцарилась полнейшая тишина. По сигналу все восемь ворот, выходивших на арену, открылись, и из них с шумом и воинственными криками хлынули гладиаторы.

Рассредоточившись по всей арене, они изобразили осаду Трои. И дальше началось что-то невообразимое. Из четырех дверей, устроенных в игрушечной крепости, стали выходить христиане. Они шли беспрерывным потоком осунувшиеся, потерянные, словно уже умершие.

Не пользуясь выданным им оружием, отбрасывая его в стороны, они мгновенно становились легкими жертвами гладиаторов. Не желая драться, христиане безропотно, словно овцы, расставались со своими жизнями. Молились и умирали, молились и умирали.

Публика начала роптать — зрелище получилось скучным и напоминало скорее гигантскую бойню, нежели грандиозную осаду Трои. Но скоро ропот прекратился, зрители не верили своим глазам — убитые христиане уже грудами лежали на арене, а их поток из маленькой, игрушечной крепости так и не прекращался.

Это «чудо» объяснялось простой хитростью. Модель крепости была установлена прямо над колодцем, соединенным с тюрьмой. Служители куникула выталкивали людей на сцену непосредственно из камер, и поэтому эта бойня действительно могла быть очень и очень продолжительной.

Когда зрители, наконец, поняли механизм происходящего на их глазах «чуда», амфитеатр разразился бурными овациями в честь автора этой превосходной идеи. Рукоплескания публики заслужил Петроний, но Нерон с восторгом принял их на свой счет. Все были довольны.

Когда фокус с обилием христиан внутри маленькой крепости удался и был признан зрителями, двери «Трои» закрылись. По арене промчалась конница, добившая еще живых христиан. И тут же из главных ворот выкатили огромного, красивого, словно сказочного, «троянского коня». Публика была в восторге!