— Что это значит, Джимми? — спросила изумленная Джоанна.

— Признаю себя побежденным, — сознался он. — Зачем было посылать меня открывать ящик? Не давайте никому притрагиваться к этим остаткам. Может быть, мы найдем еще какое-нибудь указание.

Он внимательно осмотрел содержимое остальных ящиков, но не нашел ничего более или менее важного.

— Вел Рекс дневник? — спросил он.

— Не думаю, — ответила Джоанна. — Он постоянно отзывался очень саркастически о людях, пишущих дневники.

Джимми окинул взором комнату. В одну из стен был вделан большой несгораемый шкаф.

— Знаете вы комбинацию шифра?

— Нет. Я никогда не вмешивалась в дела Рекса. Может быть, банк знает шифр. В таких делах Рекс был очень точен и щепетилен.

— Я видел управляющего Юго-Восточным банком сегодня утром. Как жаль, что я не спросил его.

— Юго-Восточный банк не мог знать этого. Рекс держал там только небольшую сумму. Его банком был Лондонско-Бирмингемский, и я хотела попросить вас поговорить с ними. Рекс как-то упоминал вскользь, что кто-то угрожал ему, что лишит его всего состояния, если он женится на Доре. Я все время думала об этом и начинаю беспокоиться.

— Вы думаете, они могли привести угрозу в исполнение?

Она кивнула.

Джимми сидел на стуле у письменного стола, устремив нахмуренный взгляд на пострадавший ящик.

— Если наш неизвестный собеседник хотел во что бы то ни стало спасти содержимое ящика, то почему он не позвонил сюда?

Она улыбнулась.

— Может быть, потому, что наш телефон испортился. Это случилось сегодня, вскоре после того, как стемнело. Я хотела позвонить вам, но не могла добиться ответа.

— Испортился? — переспросил Джимми и встал. — Откуда провод проходит в эту комнату?

Джоанна указала на окно. В углу он нашел искусно скрытый провод, очевидно, проходивший в кабинет снаружи дома.