Том завороженно смотрел на ее смертоносный танец.

Вдруг она прервала схватку и прыгнула на нижнюю ступень винтовой лестницы.

«Беги же! – Том сжал кулаки. – Скорей!»

Она уже была на пятой ступени, увернулась от шипящего луча гразера и бросилась вверх с такой скоростью, что могло показаться, будто сила притяжения на нее не действует. В какой-то момент Том решил, что ей удастся сбежать, но тут несколько лучей рассекли воздух и вонзились в женщину. Рука Пилота ослабла, отпустила перила лестницы, вновь схватилась за них. Половина ее лица превратилась в кусок обугленного мяса, и Тому показалось, что сохранившийся янтарно-черный глаз смотрит прямо на него… А потом пространство над рынком вновь перечеркнули янтарные лучи, и безжизненное тело Пилота рухнуло вниз.

Том вытянул шею, заглянул через плечо стоящего впереди торговца.

Тело женщины лежало на холодных каменных плитах, искореженное и разорванное. Словно разбитая вдребезги, расколотая оболочка.

Глава 2

Нулапейрон, 3404 год н.э.

Остаток дня после трагедии оказался странным и пустым.

По рынку бродили туристы, направлявшиеся из одного владения в другое. Они не обращали внимания на заляпанный пол и затхлый зловонный воздух; они проходили мимо молящихся с закрытыми глазами людей – последователей религии Ларгин; мимо владельцев палаток, обменивающихся молчаливыми взглядами; мимо торговцев продовольствием, которые в этот день рано сворачивались и почти украдкой покидали рынок.

Когда светильники стали мерцать тускло-розовым светом, отец с Томом тоже отправились домой, на этот раз с пустыми руками. Том не мог припомнить, когда они последний раз оставляли товары на ночь.

– Ранвера, – начал отец, когда они сели за стол, – сегодня мы видели арестованную…

– Не желаю, чтобы в моем доме велись подобные разговоры, – оборвала его мать и с глухим стуком поставила на стол глиняный горшок.