На столе расстелена карта области. Недогонов искоса поглядывал на нее. Самойлов вертел в руках карандаш, а Кузьмич смотрел на директора, который расхаживал по кабинету.

Молчали.

Кардашов дернул за шнур, шторы раздвинулись, и за окном открылась панорама станции - все ее четыре блока. Огромные корпуса "миллионников" были как на ладони - административный корпус вынесен на холм, чуть в сторону, а оттого как бы нависал над станцией.

- Может, позвонить в Москву? - нарушил затянувшуюся паузу Самойлов. - Они должны нас информировать.

Кардашов не ответил. Он смотрел на станцию.

- Сначала подумали, что это у нас... - Кузьмич будто оправдывался, - но Тимофей Тимофеевич четко сказал: у нас порядок, все происходит на юге, но я должен проверить...

- Странно, что Тема не дает о себе знать, вот уже сорок минут ждем, заметил Самойлов.

- Работает... - перебил Кардашов. - Будем ждать...

- Попробую связаться со своей линии, может, у них что-либо новое? неуверенно сказал Недогонов и подошел к креслу директора, но не сел, а попытался через лампу дотянуться до телефона.

- Садись, садись, - усмехнулся Кардашов, - я не боюсь за свое кресло...

Кардашов нервничал, хотя и старался скрыть свое волнение от остальных. Его худощавое, гладко выбритое лицо хорошо выражало все, что он чувствует. Впрочем, Кардашов никогда не скрывал своих эмоций. Он всегда смотрел своими голубоватыми, посаженными вглубь глазами на собеседника, и от этого холодного, пронзающего взгляда становилось как-то не по себе. И Недогонов смутился...

- Да я так...

- Садись, - приказал Кардашов, и капитан тут же подчинился. - Звони и попытайся хоть что-нибудь узнать, нельзя же просто так сидеть!

Недогонов набрал номер.

- Это я, Недогонов. Мне нужны данные по... Да, да, понимаю... Слушаюсь... Есть, товарищ полковник!.. - Недогонов смущенно положил трубку.