Дима небрежно перевернул страницу, исписанную ровным, почти детским почерком, и каждый заголовок был подчеркнут двойной жирной чертой:

«Таласское Алатау. Аксу-Джабаглы. Кептер-Уя».

«…Маршрут: Мост через Аксу у поселка Кзыл-Желау. Проселочная дорога до асфальта. Асфальт до села Советское. В объезд к каньону Аксу с южной стороны. Два километра на запад и пятьдесят метров на юг. На вершине холма провал.

Описание пещеры: Вход круглый, метров пятьдесят в диаметре. Пещера известковая – проточена водой. Зал неглубокий, метров двадцать. Из зала два хода вниз. Восточный – завален не растаявшим снегом. Западный – метров через десять завален обломками камней.

В качестве стоянки первобытных людей неудобна, так как неглубока и сверху не защищена от осадков.

Аи-мечеть-Аулие.

Маршрут: От аула Белая Мечеть к реке Бугунь. Три километра вверх по течению…»

– Интересно? – Ира возникла рядом, уже причесанная, с застегнутыми рукавами рубашки.

– Как-то сухо и очень научно, – Дима поднял голову, – это, наверное, для специалистов.

– Конечно, это ж отчет об экспедиции, – собрав тетради, Ира сунула их обратно на полку.

Дима почувствовал себя неловко, вроде, обидев хозяйку своей оценкой, поэтому, чтоб загладить вину, достал бутылку.

– Я тут прихватил за встречу.

– Тогда пойдем на кухню. Ты есть хочешь?

– Нет.

– Это хорошо, а то у меня и нет ничего. Страсть, не люблю готовить. Такая, вот, я… – она смотрела внимательно, ожидая реакции, но Дима только пожал плечами.

– Логично. Зачем делать из еды культ?

– А кофе будешь? Я, например, физически не могу без него. Наверное, с давлением что-то.

– Наверное… – разговоры о приготовлении пищи и здоровье были настолько обыденны и неинтересны, что Дима подумал: …Наверное, все женщины одинаковы… И сама эта мысль оказалась очень неприятной.

Пока Ира варила кофе, Дима наполнил стаканы; потом они сели, закурив, и молча уставились друг на друга.