– Расскажи что-нибудь, что ли, – попросила Ира, прерывая затянувшееся молчание.

– Даже не знаю… – Дима пожал плечами.

– Что-то же интересное происходило в твоей жизни?

– Я могу рассказать тебе про дом.

– Давай про дом.

Дима попытался собраться с мыслями и вдруг почувствовал, что для него дом – это та же пещера. Его нельзя рассказать – его надо знать и чувствовать. Какая разница, сколько в нем комнат и какая у него крыша? Важно чувствовать каждую трещинку в стене, каждый пыльный уголок, каждую точку-песчинку на некачественных послевоенных стеклах. Еще он подумал, что рассказ будет напоминать «дневник экспедиции».

– И что ж там за дом необыкновенный? – напомнила Ира.

– Он старый. Его строил мой дед, и с тех пор он ни разу не перестраивался и даже не ремонтировался. Это все, что я знаю, но вчера бабка сказала интересную фразу: «Ты принадлежишь этому дому, а дом – тебе», – Дима уловил заинтересованный Ирин взгляд и начал фантазировать, напуская таинственности, – у меня такое впечатление, что он живой. Не знаю, как это возможно и, тем более, как это объяснить, но он, типа, имеет свою ауру. В нем дышится и думается по-другому…

– А духи или привидения там есть?

– Ты не понимаешь – там ничего нет. Там живут просто люди, а он сам живет своей жизнью, – Дима так увлекся, что ему самому стали нравиться собственные фантазии, – вот, для тебя пещеры – они живут или это просто дырка в земле?

– Не знаю, – Ира задумчиво отпила вина, – вообще-то, конечно, дырки в земле, но там обитают какие-то другие существа. Я бы сказала, нематериальные.

– Троглодиты?

– Ну да. Может, у них должно быть другое имя, не знаю. А сама пещера просто красивая штука, которую нельзя понять, пока не увидишь хоть раз. Представь, что никогда не видел ни одного цветка. Как я тебе опишу розу, например?

– Никак. Но ты веришь во всех этих духов?