В фойе с колоннами зеленого мрамора нам повстречалась нянька Овета Купер. Она ужасно удивилась, увидев нас при полном параде.

Прежде, чем она успела вымолвить хоть слово, мы соприкоснулись с Элизой головами в месте чуть повыше ушей. Наш единый гениальный разум изрек голосом Элизы, прекрасным, как звук альта:

"Овета, доброе утро. Новая жизнь начинается сегодня. Как тебе подсказывают собственные глаза и уши, ни я, ни Уилбер больше не кретины.

Чудо свершилось этой ночью. Мечты наших родителей осуществились. Произошло исцеление. Что до тебя, Овета, то ты не волнуйся, у тебя останется квартира и цветной телевизор. Можешь ожидать повышения зарплаты в награду за приложенные старания, которые помогли свершиться чуду. В жизни прислуги произойдет лишь одна значительная перемена: жизнь станет еще легче и приятнее".

Бесцветная уроженка Новой Англии по имени Овета стояла загипнотизированная, как кролик, которому повстречалась гремучая змея.

"Больше никогда мы не будем, принимать пищу в столовой, отделанной кафелем, - продолжал голос Элизы. - Ты увидишь, какие хорошие у нас манеры. Пожалуйста, прикажи подавать завтрак в солярий. И, пожалуйста, сообщи нам, когда встанут мать и отец. Было бы хорошо, если бы впредь нас величали "господин Уилбер" и "госпожа Элиза". Ты свободна, можешь идти и передай остальным о свершившемся чуде".

Овета, наконец, очнулась и присела в реверансе: "Как будет угодно, госпожа Элиза", - сказала она и поспешила разнести потрясающее известие.

Мы гордо восседали в солярии. Нестройными рядами проходила прислуга. Все хотели подивиться на новоиспеченных молодых господ.

Мы приветствовали каждого по имени и фамилии. Мы проявляли дружескую заинтересованность в их делах, чем демонстрировали полную осведомленность в происходящем вокруг. Мы никого не хотели шокировать и поэтому просили прощения за столь внезапное превращение.

"Мы понятия не имели, что кто-то хочет, чтобы мы были разумными", говорила Элиза.