Поезд из Теночитлана прибывал сюда к вечеру и Йен Мак-Келлен, вне зависимости от того, куда он собирался отправиться дальше, должен был где-то ночевать.

– Хм, – администратор отеля «Ачиутла» воззрился на фотографию так, словно человек на ней был в робе арестанта, а сверху имелась надпись «РАЗЫСКИВАЕТСЯ!», – что-то я припоминаю… его имя Мак-Клун?

– Мак-Келлен, – Джон даже перестал дышать, не веря собственной удаче. – Вы не могли бы посмотреть, когда он у вас был?

Бумажка в десять долларов исчезла со стойки так стремительно, будто ее сдуло ураганом.

– Он провел у нас одну ночь, – сообщил администратор, изучив журнал регистрации постояльцев, – с двадцать первого на двадцать второе…

– Как вы думаете, куда он мог отправиться?

– Люди приезжают в Уашаякак с одной целью, – администратор пожал плечами с умудренным видом человека, знающего о жизни все, – посмотреть древние храмы. Я бы на вашем месте отправился на площадь Тонатиуичан, откуда уходят автобусы с экскурсантами, и опросил бы проводников…

– Проводников?

– Ну да. Тех, кто водит людей по развалинам…

– Благодарю, – Уайтхед растерянно кивнул и двинулся к дверям, но его остановил окрик:

– Сеньор, не вы потеряли?

Перегнувшийся через стойку администратор указывал на лежащую на полу бумажку. По темно-золотистому цвету можно было легко узнать железнодорожный билет. Когда Уайтхед купил его, то в первый момент решил, что сошел с ума – в одном из углов стояла дата: 20.07.48.

Если верить календарю, шло третье июля тысяча девятьсот семидесятого года.

Вглядевшись в билет внимательнее, Джон нашел на нем и обычную дату и только тогда вспомнил, что Анагуак – одна из немногих стран, наряду с общепринятым григорианским календарем использующая собственный. Год по нему начинается где-то в феврале, состоит из восемнадцати месяцев по двадцать дней и пяти добавочных дней.