Капитан Козырь только вздохнул. Потом сказал:

– Вся надежда на то, что им ничего такого не потребуется. Хотя, как я уже говорил, предчувствия у меня самые пакостные. Этим домкратом если уж стукнут, то насмерть. Ну, куда там Швабер девался? Уснул за пультом?

Швабер возник на пороге, словно только этого вопроса и дожидался.

– Ну, что сказали? Дали меню? Давай, телись в темпе!

Швабер выглядел не то чтобы грустным, но все же каким-то унылым, что ли. Словно его незаслуженно обидели, обнесли, например, стаканчиком.

– Сказали, что я тоже дурак.

– Это как? – спросил Колян Юр. – Ты тоже? А кто тогда…

– Да мы с тобой, кто же еще, – проговорил Козырь. – А еще что?

– Сообщили, что связь с кораблем прервана ввиду истощения его энергетического ресурса, что нам искать связь куда легче, потому что мы почти рядом, а до Земли – немерянные парсеки. И что они ожидают от нас подробной информации об этих людях и их потребностях и пожеланиях, чтобы на Земле все приготовить по высшему разряду. А если мы, мол, окажемся не в состоянии осуществить такую мелочь, как установить связь на расстоянии вытянутой руки, то они сделают соответствующие выводы, которые нам не понравятся.

– Ну да, – сказал Козырь, – поэтому они и хотят, чтобы мы гостей тут держали подольше. Ничего себе вытянутая рука! Им бы такую руку!

– У них она как раз есть у каждого, – ухмыльнулся Юр. – Они свои руки запускают в любой карман, расстояние роли не играет. И думают, что все люди такие же, как они сами. А у нас рука выше козырька не поднимается. Но что-то делать все-таки надо!

– Надо, – невесело признал капитан. – Сколько им еще ползти? Двадцать часов? Не густо. И все же… Одну возможность я вижу: у нас разведкатер – хороший ходок, и возможности обнаружения у него классные, до их развалины он дойдет – ну, часа за три, самое большее. Все правильно; посылаем к ним катер…