Здесь и в самом деле было приятно – и прежде всего, наверное, потому, что везде было много зелени, иногда могло даже показаться, что они пробираются сквозь какие-то джунгли, настолько густо все росло. На первый взгляд здесь преобладали кусты с мясистыми и колючими листьями, сильно напоминавшими алоэ, а может быть, и действительно являвшиеся ими. Все насаждения, насколько земляне могли судить, были в прекрасном состоянии, хотя местами можно было уже заметить на верхних листьях легкую желтизну – признаки недостаточного питания или орошения.

Однако, в общем, заросли были, можно даже сказать, весьма активны – листья их шевелились, словно от ветерка, хотя воздух тут был спокоен, и это шевеление, видимо, и создавало легкий звуковой фон, на который гости сразу же обратили внимание. Похоже, что этот шелест нравился членам экипажа, судя по тому, что то один, то другой из них, включая и самого шкипера, издавали похожие звуки – то ли шипение, то ли шорох… «Ничего удивительного, – решил капитан Козырь: если столько времени жить в такой обстановке, невольно начнешь подражать».

– Вы уже приказали выгружать провиант? – спросил шкипер Ол Пипст.

– Этим сейчас занимаются, – кивнул Козырь. – Так что за обедом остановки не будет. Я велел сначала доставить то, что пойдет на ваш склад, а мы тем временем почтительно поприветствуем его величество. Далеко нам еще идти? Корабль ваш не маленький, скажем прямо. Скажите, а почему король пользуется в качестве лейб-яхты бывшим транспортом?

– О, это целая история – но ее я смогу рассказать, если захотите, уже после аудиенции. Потому что мы уже пришли.

Они остановились перед высокой и широкой дверью, в которую упирался коридор. По обе стороны возвышались два рослых, массивных куста, лениво пошевеливавших листьями, почто совершенно перегораживавшими вход. Козырь с сомнением проговорил:

– Через них, пожалуй, без потерь не продраться. Ничего себе шипы у них – как десантные кинжалы. Как вы тут проходите?