– Не беспокойтесь, – ответил шкипер. – Минутку.

И он громко зашелестел, не хуже любого дерева. В следующее мгновение листья, до сих пор располагавшиеся почти горизонтально, поднялись, прижимаясь к стволу и освобождая проход. И одновременно створки медленно распахнулись.

– Прошу! – молвил шкипер.

И капитан Козырь вошел, отыскивая глазами того, кому он должен был оказать все полагающиеся знаки почтения – его величество короля.

Но не увидел.

В обширном помещении было, пожалуй, еще больше всякой зелени, чем люди встретили по пути сюда; правда, здесь было похоже уже не на густой лес, но скорее на хорошо ухоженный парк. Деревья и кусты располагались в совершенном порядке, каждой их породе отводилось свое место; самые мелкие росли поближе ко входу, но чем дальше, тем более высокими и объемистыми становились стволы, гуще и мясистее кроны.

По прямой аллее, начинавшейся от входа, капитан и оба его сопровождающих, ведомые шкипером, медленно, с достоинством, приличествующим представителям Земли, направились вперед – туда, где аллею замыкало возвышение, на котором, наверное, и следовало быть королю. Однако его не было.

Козырь невольно сбился с ноги и, выражая лицом недоумение, оглянулся на шкипера, ожидая каких-то указаний или разъяснений.

Шкипер же, не глядя по сторонам, приблизился к возвышению, на котором нельзя было увидеть ничего иного, кроме высокого и густого, самого высокого и густого, пожалуй, из всех виденных здесь, куста алоэ с толстыми и мясистыми, совершенно неподвижными листьями. А подойдя – низко поклонился и громко зашелестел.

Как бы в ответ листья шевельнулись и тоже что-то прошелестели в ответ.

– Кланяйтесь же! – громко прошептал шкипер гостям. – Ну! Низко!

Пришлось поклониться.

Снова зашелестело – с обеих сторон. Шелест продолжался с минуту. А затем шкипер, вновь поклонившись, сделал, пятясь, шаг назад, жестом призвав гостей сделать то же самое.