Следует действовать в рамках избранной парадигмы и не путать ее с другой... Они продолжали спорить и дальше и под конец вовсе перешли на личности, но мне это уже надоело, я отошел от костра подальше и стоял, оглядываясь по сторонам, глядя то на звезды, то на темный силуэт "Цандера" и на гребень с пальмами за ним; то на флюоресцирующие во мраке просторы океана, то на фигуры спорщиков у костра, стараясь запомнить все до мельчайших подробностей, чтобы сохранить память об этом дне и вечере. Да, день был хорош, но кончился он скверно. Назавтра половина экипажа ощутила легкое недомогание, а к вечеру выяснилось, что люди подцепили какую-то тропическую лихорадку, и на этом безмятежный этап нашего путешествия закончился.

III

- Ничего особенного, Евгений Дмитриевич, на атолле они не делили. Поспорили, как обычно, из-за теорий Вараксы, и все. Может, Богдан слегка и погорячился, ему не следовало обзывать Славку штопанным контрацептивом, но он просто, как мне кажется, сильно выложился во время этого своего нестинарского представления. - Нестинарского? - Ну, в Болгарии людей, которые босиком по углям ходят, называют нестинарами. - А... Помолчали. Наконец капитан вздохнул и поднялся. - Хорошо, Геннадий Альгертович, - сказал он, - сейчас я иду к капитану-штурману на утверждение графика вахт. Что касается предупреждения Вараксы... Думаю, решение будет компромиссным. - То есть? - Удвоим бдительность и при малейшей угрозе будем садиться. Мы встали и раскланялись. Я вышел в темный коридор. У самого входа в кают-компанию со стены была снята панель, и два техника из палубной команды, подсвечивая себе переносками, копались в распределительном щитке. На полу валялись палочки припая, стояла плазменная паяльная лампа. Я некоторое время тупо, без единой мысли, смотрел на язык голубоватого пламени, затем спохватился, взглянул на часы и поспешил в усилительную. Усилительная - небольшой отсек, расположенный над реактором и рядом с главным когитором.