«Черт знает что». Сам он от этой процедуры весь взмок, но быстро взял себя в руки, сконцентрировав внимание на оказании помощи. Малышка терпела, иногда слегка постанывая.

— Хочешь поспать, пока я буду доставать вот этот осколок?

— Большой?! — Ее глаза выражали отчаяние. — Нет. Режьте так.

Карл кивнул и слегка прижал сонную артерию, девушка обмякла, он ловко уложил ее на кровать.

«Хорошо бы наложить на нее заклятие дружбы и любви», — подумал, промывая рану. Длинная, резаная, с обожженными краями, она тянулась от плеча до локтя.

«Заклятие, заклятие», — шептал внутренний голос.

— Черт! — Он даже прервался, отошел к окну. Во дворе наблюдалось странное оживление. Люди судачили, показывая на небо, тревожно качали головами.

«Заклятие! — фыркнуло в голове. — Вот еще, не поддамся. Мало, что ли, проклятий на мой род». — Он обработал края, умело останавливая кровь.

«Ну хотя бы маленькое заклятьице, видишь, как все удачно складывается, она спит, рана открыта, крови как на бойне, ну что же ты»?!

Трорнт облизнул губы. Ну разве что совсем маленькое.

«Да-да, на любовь, чтоб высокородная принцесса за тобой на край света пошла, отца, мать забыла, только тобой дышала».

— Нет, я же проклят! Сделай я такое, всю мою семью хранители под корень вырежут.

«Ну на дружбу?»

— Сказал — нет!

«Доверие».

— Вот это в самый раз. — Воин склонился над рукой девушки, шепнул несколько слов, потом взял в рот темные семена и выплюнул в открытую рану.

«Доверия, доверия», — стонала его израненная душа, доверия, в котором отказано Трорнтам — предателям — проклятой династии.

Черты Джулии, как драгоценная печать королей, гарантировали успех и признание столь долгожданное, желанное. Он добьется того, чтобы она получила свой трон. Молодая воительница представит его как своего друга, она омоет раны его души, как он сейчас ухаживает за него. Свершилось! Вот оно!