Аналогичная ситуация и с парапсихологической, и с любой другой теорией: каждая дает ответы только на часть вопросов, единого же объяснения всему происшедшему мы пока дать не в силах. Перейдем теперь к цели Пришествия. Здесь мы вторгаемся уже в сферу психологии, точнее, в сферу ксенопсихологии.

Самый простой и, пожалуй, самый порочный путь — это перенос на психику Всадников наших земных мерок, но ничего, кроме этого, мы предложить не можем. Некоторые члены Комиссии считают, что мы столкнулись с разновидностью внеземных крестоносцев, из религиозных побуждений испепеляющих всех иноверцев, иноземцев, инопланетян, в общем, всех «ино». Что ж, очень может быть. Другие полагают, что мотивы Пришельцев действительно религиозные, какая бы религия у них ни была, но что на Землю явились не крестоносцы, а конкистадоры, завоеватели, истребляющие коренных жителей доступных им миров в целях расширения собственной территории или в поисках некоего Эльдорадо. Неприятно так думать, но и это допустимо.

Третьи, наконец, высказывают мнение, что «охотники» — на самом деле… охотники, спортсмены, так сказать. А почему бы и нет? Разве в основе их деятельности не мог лежать чисто охотничий азарт? Разве не могли они посчитать людей… дичью, да-да, дичью, истреблять которую увлекательно и существование которой — даже при всей схожести истребляющих и истребляемых — праздно и бессмысленно? Бессмысленно, конечно же, с точки зрения ограниченных в развитии «охотников». И разве мы, люди, не истребляем похожим образом массу животных, в том числе и гипотетически разумных — дельфинов например,— с той лишь разницей, что мы привыкли употреблять их плоть в пищу, или набивать чучела для разного рода коллекций, или ценить выше всякой меры какие-нибудь мелочи: клыки, бивни, перья, чешую… а «охотники», возможно, питаются совершенно иным способом и в коллекциях и поделках не нуждаются?