Нового назначения к психиатру я так и не дождался. И знаете, что оказалось? Это были никакие не лаборанты, а психологи; нас, как выяснилось, все время снимали скрытой камерой и записывали на магнитофон. Наконец мы с Джорджем получили уведомления, что признаны годными и будем включены в список пассажиров "Мейфлауэра" при условии выполнения "всех нижеизложенных условий". В этот вечер я разошелся и устроил настоящую пирушку. Плевать я хотел на все расходные записи! Условия были изложены в брошюре. "Рассчитайтесь со всеми долгами". Это меня не волновало: полкредитки я был должен Слэту Кейферу, а больше долгов за мной не водилось. "Пришлите расписку об оплате билета". Об этом позаботится Джордж. "Завершите все судебные тяжбы". В жизни не имел дела с судами, разве что с судом чести. В общем, требований была уйма, но в основном они касались Джорджа. Однако я нашел одну строку, которая меня насторожила. - Джордж, - окликнул я отца, - здесь говорится, что в рейс берут только семьи с детьми. - Что ж, мы и есть такая семья. Если, конечно, ты не против, чтобы тебя классифицировали как "дитя". - Н-да. Может быть. Но мне почему-то кажется, что они имеют в виду супружескую пару с детишками. - Не ломай себе голову зря. Интересно, сам-то он в этом уверен? Чего с нами только не вытворяли! И уколы делали, и прививки, и группу крови определяли - словом, для школы времени совершенно не оставалось. Когда меня не кололи и не брали кровь, я, как правило, валялся и отходил от предыдущей процедуры. А под конец нужно было еще вытатуировать на коже чуть не всю медицинскую карту: идентификационный номер, резус-фактор, группу крови, скорость коагуляции, перенесенные болезни, врожденные иммунитеты и прививки. Девчонки и дамы делали татуировку невидимыми чернилами, которые проявляются лишь при инфракрасном свете, или же помещали все данные у себя на подошвах. Меня спросили - может, я тоже хочу татуировку на ступнях? Я отказался: слишком много еще дел осталось, не могу позволить себе хромать...