— В пределах? Ты называешь это пределами? Он мог быть в пределах шестидесяти тысяч долларов, по пятнадцать тысяч на брата!

— И восемь неплохо, — успокаивал Эндрюс. — Неплохо для утренней работенки.

На этот раз Вайс не преминул напомнить ему о времени, ушедшем на приготовления:

— Утренняя работенка? Трехнедельная работенка, черт ее дери, да плюс риск, чертов бешеный риск, и за что? За восемь тысяч вонючих баксов!

— Я возьму твою долю, если она тебе не нужна, — вставил Ул.

— Заткнись, Джордж! — рявкнул Вайс.

— Давайте лучше его откроем, — вмешался Эндрюс. — Кто знает, может, они ошиблись при счете.

— Они не ошиблись при счете, и это тебе известно, — ответил Вайс. — Впрочем, давай открывай. Отчего не посмотреть на это барахло.

При помощи молотка и отвертки Паркер начал вскрывать сейф. Ул принес пиво из портативного холодильника и раздал каждому по банке. Все расселись и принялись наблюдать за работой взломщика.

Когда дверца наконец поддалась, они увидели, что металлический шкаф лишь наполовину заполнен аккуратно завернутыми пачками банкнотов. Паркер поворошил их и сообщил:

— Все пятерки и бумажки по доллару новые, придется их оставить.

— Еще одна хорошая новость! — воскликнул Вайс. — А эти денежки, случаем, не времен Конфедерации?

— Мелочевка много не прибавит, — рассудил Паркер.

— Вы знаете, чем все кончится? — зловеще спросил Вайс. — Сейчас я вам расскажу. Это кончится тем, что, когда через пару дней мы слезем с нашего холма, правительство обесценит доллар. Сколько там мелочевки?

— Примерно на тысячу.

— Еще две с половиной сотни в задницу, — сказал Вайс, и Ул выстрелил ему в голову.

Глава 4

Паркер вылетел в окно локтями вперед, обломки гнилой рамы и осколки стекла брызнули перед ним во все стороны. Спасая голову, он жестко приземлился на правое плечо, дважды перевернулся, вскочил на ноги и побежал. Он слышал выстрелы позади, но не знал, по нему ли стреляют. Достигнув угла сарая, обогнул его, и тут пуля вонзилась в доску возле его головы.