— В чем дело? Мы уже дома, все позади.

— Все будет позади, — возразил Эндрюс, — когда последний коп перестанет вынюхивать наши следы и займется чем-нибудь еще.

— Ну ладно, любишь ты попугать...

— Я не пугаю, но забывать об опасности глупо, — отрезал Эндрюс. — Ты готов, Паркер?

— Готов.

Они вытащили сейф из машины и понесли к дому через освещенный солнцем двор. Ул и Вайс закрыли за ними ворота сарая.

В кухне, куда Паркер и Эндрюс приволокли сейф, стояли четыре стула, карточный столик, которые собрали Ул и Вайс, оборудуя это пристанище. На стене висела раковина и исправный насос, подававший воду. По всему дому валялось походное снаряжение на случай, если им придется провести несколько дней на ферме.

Пока сейф ставили на пол рядом с дверью, на кухне появились Ул и Вайс. Ул пересек комнату и включил маленький приемник. Радио в машине работало всю дорогу, но сообщений об ограблении еще не передавали. Сейчас они услышали окончание песенки, начало которой звучало, когда подъезжали к хазе.

— Приглуши его, Джордж, — попросил Эндрюс.

— Конечно. — Ул убавил громкость, но тут песенка кончилась и голос диктора произнес: «Свежее сообщение. Филиал Торгово-Земледельческого треста на Лоурел-авеню ограблен сегодня утром. Похищено тридцать три тысячи долларов. Четверо бандитов, участвовавших в дерзком ограблении среди бела дня...»

— Тридцать три тысячи?! — Голос Вайса прозвучал трагически.

— Тихо, — шикнул Ул и сделал погромче. Диктор продолжал в том же духе, вываливая один за другим все газетные штампы.

«Власти уверены, что преступники будут скоро задержаны», — закончил он свой комментарий.

— Пускай стараются, — ухмыльнулся Ул и снова убавил звук.

Вайс смотрел на сейф, как на предателя.

— Тридцать три тысячи! — пробормотал он. — Вшивых восемь штук на нос.

— Мы знали, что навар может быть невелик, — отозвался Эндрюс. — В пределах сорока тысяч.