Ну-ну, старость наступит тогда, когда для игры не будет нужна и женщина. А пока что... Он пригладил усы рукой в перчатке. Надо посмотреть, как у нашей красотки с лицом. На этот счет тоже были свои правила. Забегать вперед женщины, чтобы взглянуть на ее физиономию, - несколько странно выглядит со стороны да и попросту невежливо. Клиентка должна обернуться сама, уловив затылком мужские флюиды... или по другой причине, не важно. Допускалось использование зеркальных витрин, но сейчас они все, как назло, были увешаны шариками, гирляндами и прочей новогодней атрибутикой. В дробных островках зеркал не получалось даже отыскать объект, не то что по-настоящему разглядеть. Оставалось только следовать за незнакомкой, посылая ей эти самые флюиды, что Франсис и делал более чем старательно. По-человечески интересно: есть ли еще порох в пороховницах? Внезапно белая шубка резко повернула налево и скрылась за светящейся дверью, - профиль мелькнул слишком быстро, чтобы его рассмотреть. Франсис поднял голову к неоновой вывеске. "Плезир", надо же. Ностальгические воспоминания нахлынули мутной волной. В этом заведении когда-то мы с Полем и прочими друзьями... Чаще, конечно, не только с друзьями, но Марше он об этом не говорил. Впрочем, ей все равно тут не понравилось: в "Плезире" разрешалось курить, да и официантки то и дело, забываясь, обращались к Франсису на "ты". К тому же "Плезир" без особых усилий мог за один вечер поглотить целиком менеджерскую зарплату. В прежние времена и такое случалось. В прежние времена... Франсис помедлил перед дверью, восстанавливая в памяти содержимое своего бумажника. Да, положение дел таково: либо подарок Марше, либо коньяк и кофе на двоих в "Плезире". Ведь если барышня окажется выше всякой критики, по правилам игры придется с ней знакомиться, а знакомство в таком месте обязывает... Выпить кофе с коньяком, взять телефончик, - потом бумажку можно будет ненавязчиво отдать на милость снега, - и ровно к восьми вернуться домой. Последнее Франсис знал абсолютно точно.