Она непонимающе уставилась на меня и попросила Боба перевести. Но таких слов не знал даже сопровождающий меня ученый, поэтому он лишь виновато пожал плечами. А я, выходя на улицу, показал симпатичному сержанту язык, чем, кажется, еще больше озадачил ее.

Было слышно, как Боб, перед тем как покинуть здание, сказал ей только одно слово:

— Russian.

Дальше мы пошли пешком.

Шоссе тянулось вдоль каньона. А если говорить точнее — разлом каньона образовался, повторяя изгибы трассы. Пасмурная погода нагоняла тоску, тем более, что вокруг не было ни души, только коричневатая равнина, на которой даже трава росла неохотно, сбиваясь в небольшие зеленые островки.

Через десять минут молчаливого сопения, я не выдержал и поинтересовался у Боба, когда мы начнем спускаться в каньон? Он долго не мог понять, зачем нам вообще нужно туда лезть, а потом наконец до него дошло. И ученый растолковал. Территория «Парадокс», оказывается, находится не на дне каньона, а на его краю. Странно, я почему-то до этого времени был уверен, что загадочная аномальная зона именно в ущелье, а не рядом.

Спустя полтора часа мы приблизились к месту. Еще издалека я заметил, несколько палаток и людей между ними.

Подойдя ближе, мы разошлись: Боб, извинившись, направился к одному из тентов по каким-то своим делам, а я решил хорошенько осмотреться.

Территория располагалась на холмистом глинистом плато, диаметром около двух километров. По периметру она была отмечена красными флажками из светоотражающей материи. С правой стороны ее ограничивал обрыв каньона, а слева — пролесок.

Людей тут было не так уж и много: несколько военных и десятка полтора штатских — видимо, ученых из разных стран. Держались они обособленно, я лишь пару раз заметил, что два или три человека сходились вместе. И то ненадолго.

На мое появление присутствующие отреагировали довольно вяло. Несколько нелюбопытных взглядов искоса, полусонное приветствие, проходивших близко, да и всё, собственно.