Я собрал на территории глину, но в отель принес соль. А на стенах каньона проявляются штрих-коды спичек…

Жаль, что стер телефон того… русского.

Шлепая босыми ногами по полу, я проследовал прямиком к мини-бару. Только виски, вермут, пара аперитивчиков, коньяк и джин.

Злобно тыкая в клавиши, я набрал номер сервиса и потребовал стакан водки и огурец. Интересно, принесут такой наглый заказ?.. Через пять минут требуемое было доставлено официантом. Железный столик на колесиках обнажал прозрачное великолепие стакана — не граненого, конечно, но… Парень чуточку потоптался в ожидании чаевых, потом случайно встретился со мной взглядом и поспешно ретировался.

Так, хватит на сегодня сюрпризов. Я настороженно понюхал стакан, опасаясь учуять вместо запаха спирта аромат сирени. Нет, здесь все в порядке. Проглотив содержимое в три глотка, я хрустнул огурцом. Через пять минут поднял трубку и рявкнул: «Еще!..»

К приходу Боба я уже успел слегка оклематься. Кефира в «Cafe Ravina» не оказалось, но два литра холодного апельсинового сока немного скрасили это упущение.

Мы с американским ученым проделали тот же путь, что и накануне: снова у меня возникло тиканье, курсирующее от селезенки до желудка, и осталось ощущение «фантомного взора» после проезда через стену непрекращающегося дождя; снова на КПП пришлось оставить кейс, мобильник и часы; снова — ужасное инквизиторское кресло, но на этот раз уже без опеки радостного отечественного врача Саши, который, видимо, теперь затаил кровную обиду на всю Русь в моем лице за то, что я не позвонил; снова демонстрация языка девушке-сержанту…

Голова гудела, но работать было нужно. Поэтому, оказавшись в окружении красных флажков, я сразу же решил досконально осмотреть местность и не спеша отправился в мини-путешествие.

Первым заметным событием сегодня стала встреча уже знакомого болгарского физика Додона Хаджипетрова. Гигант науки вновь предрек мне страшные мучения, если я сейчас же не уберусь восвояси со своими русскими секретами. В конце концов, накачанный ученый так разошелся, что военные все-таки вывели его под белы ручки, что, кстати говоря, чуть было не стоило некоторым из них целостности костных тканей.