Я в сердцах жахнул ампулу оземь. Она весело разлетелась на мелкие осколки, словно только этого и ждала. Это уже ни в какие рамки не лезет! Здесь невозможно работать!

Я обреченно посмотрел на свои пальцы, вымазанные в чернилах и направился к «пещере» — еще одному вызывающему интерес объекту. Вход в нее располагался в довольно высоком холме и напоминал две сводчатых арки высотой метров пятнадцать, разделенных стеной из какой-то твердой породы.

Анализы почвы я проводить больше не рисковал — все одно: без толку. Поэтому решил просто осмотреть эти гроты. Подойдя ближе к одному из них, я почувствовал, как оттуда дует слабенький ветерок. Быть такого не може… Да какого дьявола, в конце концов! Может! Еще как может! И прими это, Мишенька, за аксиому наконец: здесь, кажется, все что угодно возможно!

Я зашел внутрь. Пахло сыростью. Не успел сделать и пары шагов, как вдруг из темноты вышел человек, заставив меня вздрогнуть. Одет в штормовку и клетчатые брюки из плащевки — видимо, тоже ученый.

— Nothing interesting, — провозгласил он без энтузиазма, зато с жутким европейским акцентом. — Not deep tunnel. It's about hundred meters and a blank wall in its end. And don't try to use matches — all the same not working.

Я кивнул, что понял его, и подумал, как же в конце пещеры может быть глухая стена, если оттуда дует ветерок? Решил все-таки проверить и двинулся вперед, ощупывая ногой землю, чтобы не споткнуться в сумерках.

Ученый оказался совершенно прав. Метров через девяносто-сто пещера заканчивалась, упираясь в непроходимую стенку. Я потрогал ее руками: прохладная, упругая, будто из очень плотной резины, и вся в мелких отверстиях: на ощупь — не больше полусантиметра в диаметре.