После этих обнадеживающих слов, он бросил трубку, окончательно повергнув меня в отчаяние. Еще долго зрительный образ старого профессора навязчиво маячил в сознании: курносый нос, не по возрасту вороненая шевелюра, сжатые в звездочку губы…

Остатки дня, я бродил по Атланте, не замечая ни прохожих, ни зеркальных небоскребов в центре города, ни отличной погоды юга США. Глядя на мелькающие туда-сюда носки собственных туфель, я пытался утрясти мизерное количество фактов, полученных к окончанию третьего дня экспедиции, которую я уже успел возненавидеть.

Непонятные символы я еще в первый день переслал нашим аналитикам по электронной почте, которые довольно скоро сообщили, что это бред сивой кобылы, и ни о какой системе в них и речи быть не может. Штрих-коды. Спички и киноварь. Надо еще сегодняшний проверить, чуть не забыл. Если в третьем окажется намек на красный цвет — нужно будет думать, а пока делать какие-либо выводы рановато. Озера и пещера. Тут и вовсе ничего не понятно. Необычные явления природы? Феноменальные географические объекты?

Одни вопросы…

Самое обидное, что территория кормит какими-то парадоксальными, не связанными друг с другом фактами, и не дает изучать себя. Или это мы не можем связать эти факты?

С другими учеными разговаривать бесполезно, я пробовал пару раз. Для них территория прокручивает совершенно иные сценарии. У одного австралийца, к примеру, создалось четкое убеждение, что он слышит, как озера поют. Меломан, блин.

Есть, правда, у меня одна гипотеза. Глупая, конечно. Да и как ее проверишь? Для этого нужно…

Левое плечо отлетело назад, и меня развернуло. Захотелось высказать пяток нежных фраз обидчику в морду — чего толкаться-то! — но задирой оказался угол здания. Дьявол, так и под машину недолго угодить! Совсем рассеянным становлюсь…

Я, углубившись в свои невеселые мыслишки, не заметил, как снова оказался у отеля. Взяв ключ, потоптался в холле, разглядывая картину и абсолютно не понимая, что на ней изображено. А, хрен бы с этой живописью…