Примерно половину браконьеров составляли люди, но лишь Вала-дез свободно говорил по-испански; остальные пользовались небесным диалектом арабского. Валадез владел и арабским, причем даже лучше, чем Бьянка, но у нее возникло ощущение, что он выучил его уже в зрелом возрасте. Если у него и было имя, сообщать его Бьянке он не стал.

- На Небе есть вещи, которые хотели бы заполучить чужеземцы, - продолжал Валадез. - Но у народа Неба нет ничего, что могло бы кого-нибудь заинтересовать. Компании, добывающие глубокий воздух, кое-что платят. Однако по большей части люди живут на подаяния Консилиума.

Все четверо - Валадез, Бьянка, Фрай и фириджа Исмаил, который был не только пилотом анемоптера, но и слугой, и партнером, и телохранителем, а возможно, исполнял все эти функции одновременно - поднимались вверх по склону над лагерем браконьеров. Под ними рабочие (часть из них были людьми, часть фириджа, ну и горстка разных других видов) устанавливали оборудование: мобильные системы, которые вполне могли использоваться в строительстве, трубы и цилиндрические контейнеры, напоминающие пивоварни или нефтеперегонные заводы.

- Я это намерен изменить, мисс Назарио, - Валадез снова посмотрел через плечо на Бьянку. - На других мирах есть люди, - вроде народа Исмаила. - Он махнул в сторону фириджа. - Им нравится идея существования на парящем острове, и они готовы платить за это деньги. - Он обвел рукой лагерь и занятых делом рабочих. - С этими деньгами я смогу вывести своих парней из жалких городков на сферических станциях Неба и подъемных гондолах. Я дам им инструменты и научу убивать зверей. Чтобы остановить меня, Консилиум нанимает тех же самых парней, раздает им винтовки и учит убивать.