Так я и написал в рецензии.

На следующий день меня пригласил главный редактор.

Он не стал уговаривать или протестовать — просто приказал безоговорочно принять роман и заключить с автором договор на его издание. Соответсвенно, выплатить солидный аванс.

— Но это же не литературное произведение, а дурнопахнущее содержимое мусорного контейнера! — возразил я.

— Автор — генерал. Этим сказано все. Выполняйте!

Через четверть часа я положил на стол начальника издательства заявление с просьбой уволить меня по состоянию здоровья. После продолжительной кунсуьтации с главным редактором тот подмахнул согласие.

Вот и все мои познания в криминальной сфере. Если не считать познавательных бесед с немногочисленными, навещаюшими изжательство сыщиками, из которых я черпал сюжеты новых своих произведений.

Для поиска похищенной Верочки, а я уверен в том, что ее похитили, явно не густо…

3

После того, как воспрянувшая духом Аграфена Николаевна покинула комнату, я снова присел к пищущей машинке. Напечатал десяток строк — выдернул лист бумаги и отправил его в стоящую под столом корзинку. Заправил новый — его постигла та же участь.

Разговор с соседкой будто веником прошелся по мозгам, вымел из них недавно придуманные сюжетные ходы. Остались только попавшая в беду девчонка и данное ее бабке обещание.

Разве прогуляться, подышать свежим воздухом? Авось, приду в себя, возвратится способность и желание работать. Часто именно так и получается: оторвусь от машинки — в голове раскладывается по полочкам уже написанное, появляются новые неожиданные мысли. Но на этот раз ничего не получится. В голове — рассказ бабы Фени. Слюнявые мужики, смакующие женские прелести, крики «браво!», «двигай бедрами!», «даешь победу!».