— Я сейчас на деле, понимаешь? Оставь меня.

— Знаешь, что с тобой произойдет, если ты попытаешься улизнуть от меня?

— Клянусь, я никуда не улизну! Я на деле. Не хочу обижать тебя, но если я потеряю с тобой еще несколько минут, все полетит к чертям. Поэтому отправляйся домой и дай мне работать. Если мы будем торчать здесь полицейские примут нас за педиков или еще за кого-нибудь в этом роде.

— Осторожней на поворотах, ублюдок! Я не люблю, когда меня обзывают. Я бизнесмен, а не какой-нибудь педик. Я снабжаю клиентов тем, что они просят, но ничем противоестественным, понятно тебе?

— Понятно, понятно. Пожалуйста, сегодня зайди ко мне, только попозже. Тогда и поговорим, — и Гризи зашагал прочь.

Берри сграбастал его за плечо.

— Советую тебе не злить меня.

— Не собираюсь.

Гризи вошел в кафе. Сэмюэль Томас уже сидел за стойкой, как и было уговорено.

— Позвольте посмотреть вашу газету, — условленной фразой попросил Сэмюэль, когда Гризи устроился за стойкой неподалеку от него.

— Пожалуйста, — Гризи протянул ему «Америкен джорнэл».

— Я еще не знаю результатов сегодняшнего матча, — сказал Сэмюэль.

— Вы болеете за «Янки»?

— Нет, за «Сенаторов». Ведь я родом из Вашингтона. «Сенаторы» — самая лучшая команда в мире.

Сэмюэль действовал точно по инструкции. Гризи Дик предупредил его, что они должны делать вид, будто встретились впервые, и завести разговор о бейсболе.

— Сожалею, уважаемый, но в этом я не могу с вами согласиться.

— У меня в машине есть записи всех матчей. И если хотите убедиться в правоте моих слов, я с удовольствием ознакомлю вас с ними. Сами понимаете, я не могу терпеть, чтобы кто-нибудь подвергал сомнению команду «Сенаторов». Это самая сильная команда на сегодня, и никто не может ее одолеть…

— Что ж, — улыбнулся Гризи, — допивайте ваш кофе, и я готов познакомиться с вашими доказательствами.