— Тоскливо вам тут будет одному.

— Ничего, я позвоню жене.

— Что ж, спокойной ночи, папаша.

— Спокойной ночи.

Было четверть седьмого, оставалось еще пятнадцать минут до того, как он должен был прийти в кафе «Северин» на Пенсильванском вокзале. Гризи обошел вокруг квартала. Все шло отлично. Большинство зданий на Тридцать первой улице было занято скорняжными мастерскими. В это время суток улица затихала. Гризи не торопясь направился в сторону Пенсильванского вокзала, купил по дороге «Америкен джорнэл».

Это входило в его планы.

Сунув газеты под мышку, он прошелся по отделенному мрамором вестибюлю вокзала. Времени у него было вдоволь. Он разглядывал витрины книжного магазина издательской фирмы «Даблдэй».

— Хелло, Гризи.

Гризи обернулся. Позади него стоял Берри Пип.

— Что ты здесь делаешь?

— Я все время шел за тобой, проклятый обманщик! Ты же сказал, что будешь на деле, а сам шляешься по городу!

— Ради бога, Берри, не мешай мне! Я сейчас на деле.

Он хотел объяснить своднику, что не полагается мешать профессионалу во время работы, однако сейчас у Гризи не было времени для разговоров. И хотя все бармены приветствовали Берри, когда тот заходил в их заведения, большинство представителей преступного мира глядели на него сверху вниз. Пусть он ездит на «кадиллаке», пусть носит модные костюмы, пусть его квартира такая, о какой можно только мечтать. Пусть. Но он был сводником. И, лежа ночью в постели со своей женой, он всегда знал, что переспать с ней может любой, лишь бы у него завалялось лишних полсотни в кармане. Ничто не могло изменить отношения к Берри Пипу — бармены, получая деньги за выпивку, все равно смотрели на него сверху вниз, хотя и побаивались его. Он был сводник, это знали все, знали также и то, что наступит день, когда он будет уничтожен. Это было вопросом времени.

— Как ты разговариваешь со мной?! Я пришел за своими деньгами.