- Паааажалста! - протянул, отрываясь плечом от стенки, тощий бес с горящими по-настоящему глазами.

- Думаешь, очень я боюсь Уличных? - продолжил он с усмешкой. Напугал, тоже мне! Да надоел и ты, и все твои Домашние. Я, если угодно, сам от вас давно уйти хотел. А раз такой случай для этого подвернулся, так ещё лучше. Понял, Фомич? И не очень-то я тебя боялся. И ты меня не выгонишь, я сам по себе ухожу. Понял? Да сам бы ты где сегодня был? Сам бы на улице стоял, если бы тебя Живой в дом не пригласил? То-то...

И нахальный бес направился к двери.

- Ну, нет, Уголёк, подожди! - остановил его Фомич. - Пока ещё только ты свои слова говорил, а я слушал. Теперь моя очередь. Так просто ты отсюда не уйдёшь, не на того напал. Гляди-ка, сам по себе он уходит! Шалишь, брат, не выйдет. Ты за кого меня считаешь? В двери он выйти захотел! Уйдёшь так, как по Закону положено...

Фомич встал с места.

Бес кинулся к двери, но Фомич щелкнул пальцами, и на двери сама по себе упала тяжеленная поперечная задвижка, в виде цельного деревянного бруса, толщиной в руку.

Бес с разбега ударился о двери грудью, отлетел, заныл, завыл, защёлкал зубами, из глаз его посыпались искры, он моментально стал похож на бенгальский огонь. Запахло палёной шерстью.

- Ты нас не очень пугай, как бы мы тебя не напугали, - спокойно сказал Фомич, не обращая внимания на фокусы беса. - Ты не сам по себе уходишь, мы, Домашние, и я - Фомич - Ночной Воин, тебя изгоняем. И не просто так мы тебя изгоняем, а сквозь щели отсюда выдуем. Не в день ты уйдёшь, а в ночь, и не могучим бесом, а мелкими бесенятами. И не будет тебе возврата, и живых не пугать тебе среди бела дня. Уходи!

Бес завертелся, завизжал, бросился на Фомича, но тот встал из-за стола, ладонью в рыло отпихнул беса к двери, и стал на него дуть.

Следом за ним стали дуть и все остальные существа, находившиеся в доме.

Беса приподняло, завертело, прижало к дверям, и буквально выдуло в щели...