— За Землю! — сказал он, опрокидывая стакан.

— За Землю! — согласился Джон.

— Что с того, что ее нет, — подхватил он. — Выпьем за Землю!

— Кто сказал, что ее нет?

Он обернулся. Пьяный отклеился от стойки и теперь, пошатываясь, приближался к ним.

— Земля существует, — воскликнул пьянчужка и, плюхнувшись рядом с ними, проканючил: — Угостите выпивкой, земляки…

— Вали отсюда, — поморщился он и уже приподнялся было с табурета, но Джон умоляюще сжал его плечо.

— Пожалуйста! Купи ему выпивку.

— Вот навязался на мою голову, — прошипел он. — Ладно. Бармен!

Пьяный поспешно влил в себя весь стакан и теперь, прищурившись, глядел на соплеменников.

— Собрались туда, верно?

Он пожал плечами.

— Только не я. Это вот моему приятелю неймется.

— Земля существует, — медленно повторил пьяный. — Но те, кто туда уходят, не возвращаются. Ни-ког-да.

Равнодушный холод космоса вдруг заставил его съежиться под мутным взглядом пьяного. Он отвернулся, но пьянчуга не унимался. Даже схватил его за руку.

— Туда нельзя. Никому. В самом деле, нельзя.

Он брезгливо стряхнул с рукава цепкую лапу.

— Отваливай!

— Я торчу тут уже второй сезон, — печально проговорил забулдыга. — Думаешь, меня не тянет? Но я еще держусь… Не-ет, я себе не враг! Нет! Чтобы вот так — раз и навсегда. Без возврата!

— Я сказал, отвали!

Он оттолкнул табурет и обернулся к Джону.

— Пойдем отсюда. Ты же видишь, прохиндей просто зарабатывает себе на выпивку этими байками о родном доме.

Джон послушно поднялся, но вместо того, чтобы тихо-мирно двинуться к выходу, схватил пьяного за ворот комбинезона и притиснул к стойке.

— Где она? Говори!

Он попытался оторвать приятеля, но тот приклеился не хуже веганской прилипалы.