Маляренко, несмотря на приличное опьянение, отлично запомнил, как хищно заблестели глаза старшего опера, когда он рассказал ему ВСЁ.

«Ну да. Этот сможет. Зубами рвать их будет. Подождём. Всё получится»

Ветер с моря усилился и Иван зябко поёжился — хоть и ранняя осень, а по утрам уже прохладно.

«А может я просто к жаре привык?»

Маляренко встал, подтянул трусы и, крепко зажмурившись, с удовольствием потянулся.

К концу четвёртого года в этом новом странном мире жизнь у Вани устаканилась окончательно. У него даже было мелькнула мысль пообещать своим женщинам никуда больше от них не уезжать. Ночь была… ммм… волшебная. Только он, его женщины, море и лодка. Тогда, глядя на бездну звёздного неба, он едва не ляпнул, что он больше никогда… ни ногой… никуда… так ему было хорошо. Дом. Семья. Счастье.

Но он сдержался, потому что понимал, что уже не сможет без моря. Может быть не сейчас. Позже. Но его обязательно что-то погонит в поход.

«Значит, не устаканилась»

Севастополь готовился к большому празднику. Очень большому. Такого здесь ещё не было. Сразу семь одновременных новоселий и три свадьбы. Вся дружина Хозяина резко меняла своё семейное положение. Три самые старшие «племянницы» ходили по посёлку принцессами, а вокруг них, искоса поглядывая, суетились девочки помладше, помогая подругам готовиться к свадьбам. А четыре семьи переселенцев с северного берега выглядели как именинники. Не было ни гроша — да вдруг алтын. Целый дом. Просто так. Как с куста! Приходилось, конечно, впахивать, но зато — какая перспектива! Не то, что там. На северном берегу.

Будущие домохозяйки рвались осваивать новенькие двухкомнатные домики, но их мужья, чётко выполняя приказ Босса, своих жён внутрь не пускали, из последних сил уговаривая благоверных потерпеть ещё чуть-чуть.

Семёныч, руливший стройкой, по «мудрому» совету босса заложил все семь домов в одну линию, вдоль берега, с прицелом в будущем замостить набережную камнем и получить настоящий приморский курортный городок.