«Гдебаблобля?»

Извечный вопрос.

Первого сентября в Севастополе случились две вещи. Прежде всего — первый звонок в новой, только отстроенной школе.

«Ничего не меняется в этой жизни»

Возле здания школы шла линейка. Торжественный до изумления Борис Михайлович вещал о пользе образования, рядом стояли две учительницы Валерия Владимировна и Светлана Евгеньевна, супруга директора школы.

Ваня едва сдерживался чтобы не захихикать. Дети, все как один, стояли с цветами в руках, а мамочки лили слёзы умиления над белыми бантами девочек и галстуками мальчиков.

— Ой!

Ногу припечатала Машина пятка. Любимица улыбалась, глядя на детей, и делала вид, что слушает Директора, при этом шипя краешком рта.

— Молчи! Маляренко, молчи. Только попробуй что-нибудь ляпнуть. Прибью!

Хозяйка Севастополя уловила готовящийся ржач мужа и резко его пресекла.

«У. Змеюка!»

Ваню всегда поражало умение Манюниего ОЩУЩАТЬ.

— Не буду, не буду.

Школа была хороша! Два больших, светлых класса. Печка-голландка и почти настоящие парты. И стулья. И чёрные классные доски, сделанные из кусков пластика. И очень яркое электрическое освещение. На детском здоровье и, тем более, на детском зрении, Мария Сергеевна не экономила. Над каждой партой висел персональный светильник! Про дощатый пол, остекление, с кровью выдранное из Юркиного коттеджа, и занавески на окнах можно было и не упоминать. К процессу образования маленькая крымская община подошла со всей серьёзностью.

Самым смешным во всей этой котовасии было наличие «школьного автобуса «. В Юрьево была специально изготовлена большая КРЫТАЯ повозка, для доставки учеников в школу номер один города Севастополя. Егорыч, самый бодрый из Толиковских стариков, должен был каждое утро привозить детей в школу, а потом отвозить их домой. Кроме того этот шустрый дед устроился школьным истопником, уборщиком и дворником. За десять копеек в месяц.