Придерживая на поясе тяжелую кобуру с кольтом, Элл, опасливо озираясь, обошел хижины и лишь в самой последней - жилище жреца - обнаружил полуголого старика-индейца, в котором, казалось, чуть теплилась жизнь. Старик неподвижно сидел на шкуре ягуара у полузатухшего очага, и его глубоко запавшие глаза равнодушно смотрели на незваного пришельца.

Спутники Элла с автоматами наизготовку остались снаружи у входа, а Хейс с притворной улыбкой приблизился к старику, уже знакомому по фотографии Чейза.

- Здравствуй, мудрейший Викима! Я счастлив видетъ тебя живым и здоровым!

- льстиво заговорил он, с трудом подбирая фразы.

Hичто не выдало удивления хозяина хижины. Он тяжело поднялся.

- Ты пришел? - спокойно произнес он традиционное приветствие индейцев.

- Пусть этот день принесет радость твоей душе.

- И твоему народу тоже! - все так же притворно улыбаясь, продолжал Хейс.

- Hо куда все скрылись?

- Мачири испугались "железной стрекозы", и потому попрятались в чаще, помедлив, глухо ответил жрец.

- Однако ты не испугался.

- Викима никогда и никого не боялся, - с достоинством пояснил старик.

- Хейс достал из кармана френча фотокарточку Чейза, протянул ее жрецу.

Смотpи следующие сообщения.

- Узнаешь? Когда-то он был твоим гостем.

Викима хмуро повертел фотокарточку, брезгливо поцокал и возвратил ее.

- Возьми свой рисунок - это плохой человек.

- Почему? - удивился Хейс.

- Он пил огненную воду и...

Старик с отвращением поморщился.

Лицо Хейса вытянулось. Он захватил из Манауса бочонок виски, рассчитывая приобрести расположение индейцев, а теперь нечего было и думать о подобном.

- Чем еще он тебе не понравился? - осторожно поинтересовался Элл.

- Викима нашел его в джунглях, больного и беспомощного, - опустив тяжелые веки, тихо вспоминал старец. - С переломанными ногами и разбитой головой, он лежал в такой же огромной "стрекозе", упавшей на моих глазах прямо с неба, когда я собирал коренья. С ним было еще несколько белых, но они уже остыли и не дышали. Сначала Викима подумал, что это боги спустились к нему. Hо боги бессмертны... И тогда Викима перенес его на себе в свою хижину, хотя помнил предупреждения предков о коварстве и жестокости бледнолицых, загнавших мачири в джунгли.