— Нравится? — спросил Петряков.

— Очаровательно! — Вик показал большой палец. — Работы полно, скучать некогда. Кроме меня, есть еще только один хирург, все остальные разбежались. Я к тому же еще и за офтальмолога, и за ЛОРа, и роды, бывает, принимаю. Да в Каунасе я бы еще лет пять на побегушках был, а тут такая практика!

— А квартиру-то дали?

— Да нет, в общежитии пока живу.

— А летом, небось, порыбачить любите на реках-озерах? — вкрадчиво поинтересовался майор. — Или с ружьецом походить, побаловаться? У нас ведь такая охота, какой в Прибалтике днем с огнем не найдешь. Тем более в Лоухском районе. Край непуганых уток...

— Охоту люблю, — кивнул Виктор. — Я, между прочим, мастер спорта по пятиборью, с детства стрельбой занимаюсь.

— Вот оно как... — Петряков покачал головой. — Любите вы, значит, Виктор, всякие приключения? Не сидится вам в тихой уютной Клайпеде?

— Есть такое, — согласился Вик. — Надеюсь, вы не против?

— Что вы, я только за! Ценный хирург, да еще спортсмен, мастер по стрельбе... Такие люди нужны. В военных врачах недобор, и ситуация у нас такая... сами знаете, какая. Приятно, когда люди сознают свой долг.

— Приятно? — Виктор встал со стула. Роста он был немалого, сложен атлетически, стрижен коротко и аккуратно, вот только блондинистая борода, по мнению Петрякова, его портила, никак не вписывалась в устав. — В таком случае не будем тянуть и разговоры разводить. Врач на мое место в Лоухах есть — молодая женщина, из декрета выходит. Мое заявление вы читали. Служить мне не противопоказано.

— Это так. — Петряков понимающе кивнул. — Вы садитесь, товарищ Ларсенис, зря вскочили. То, что вы служить желаете, — похвально. Но обязан напомнить — страна у нас большая. Выбор места службы не от вас будет зависеть. Впрочем, если изъявите желание исполнить свой интернациональный долг... Тут выбор за вами.

Ларсенис не стал садиться. Напротив, подошел совсем близко и навис над майором, уперевшись огромными кулаками в стол.