И вот совпадение, оказалось, что два месяца назад Евпатьевна отослала им медкарту племянницы, и на днях от китайцев пришёл ответ стоимостью в пятьдесят тысяч.

На следующий день после этого разговора Лекс впервые нажал кнопку звонка своих соседей и, когда женщина открыла дверь, протянул ей сверток.

— Сделайте то что нужно, — сказал Лекс. — Возвращать не надо. Это… просто так…

Она не хотела брать, точнее хотела, но боялась, подозревая недоброе. А что ей оставалось думать в ситуации, когда молодой парень, снимающий однушку на окраине, дарит чужим людям сумму, равную половине стоимости арендуемой им квартиры?

Откуда ей знать про пятикомнатную квартиру на Остоженке и счёт, на котором лежит несколько миллионов, не имеющих для этого парня практически никакой ценности.

Лекс убедил её в том, что она должна взять деньги и отвезти девушку на лечение. Это оказалось несложной задачей.

Сборы, документы… они вылетели в Поднебесную через две недели. К тому времени у Лекса уже был первоначальный состав собственной команды, Лиска помимо ассемблера взяла на себя перевод, и команда заработала свои первые серьёзные деньги, обрушив сервера одного из буржуйских банков — по заказу конкурентов. Задача была выполнена на пять с плюсом, появились рекомендации, новые заказы.

Как и во всём мире, в Сети шла нескончаемая война. Мелкие и крупные корпорации соревновались друг с другом, демонстрируя как реальное, так и виртуальное оружие. Где-то гибли наёмники, а где-то вайпились базы с бэкапами, выходили из строя логические контроллеры.

— Сколько ваша компания тратит на виртуальную безопасность? Миллион? Боюсь, этого мало. Мы тратим в пять раз больше, а вам придётся либо увеличить расходы, либо уйти с рынка.

Сильнейшие выживают только потому, что уничтожают более слабых.

Официально все корпорации признавали, что хакеры — это зло, которое следует неукоснительно искоренять. Спонсировались антихакерские программы, лоббировались законы, ужесточавшие ответственность за компьютерные преступления.