И Хаки, не любивший, чтобы его держали за идиота, прикинулся идиотом и спросил: - А что, ребята, стипль-чез - штука коварная. Попадет ваш стиплер копытом в ямку - и ну как вашего Дока Милашка и обойдет? Хотя он не был идиотом. И знал, что Док и Милашка - не мерин с кобылой, а кандидат и кандидат. И бега - выборы. И финиш, до которого оба бегут, тот самый первый вторник после первого понедельника ноября. И повелось так в их благословенной стране давно, с самого начала, триста лет как. И Хаки был далек от политики. Была у него мечта - скопить монет и открыть свое дело. И он сам ее, мечту, осуществил. Без всякой политики. Без Дока, без Милашки. И хотя исполнилось ему сегодня сорок, то есть получил он право голоса, - его это не щекочет. Он бы вообще из-за стойки не шелохнулся, если бы не Закон, который ввели еще до его. Хаки, появления на свет. Лет полета назад. Когда в первый вторник после первого понедельника ноября вообще никто не проголосовал. Начхать было избирателям, кто на них верхом сядет. Что тот, что другой. Вот тогда и Закон провели - избиратель обязан отдать свой голос либо за одного, либо за другого. Иначе... Хаки - что? Хаки Закон уважает. Хаки пойдет и проголосует. Хаки все равно, за кого голосовать. Только парни, подогретые, шумно себя вели, суетились. По плечу Хаки стали хлопать, гоготать. Мол, ну ты, хозяин, сказал. Дока мерином назвать, ну ты даешь, нового хозяина Холма, Дока нашего не знать, Дока, который тебе рай на земле устроит, не знать. Дока нашего, который о твоем процветании заботится и о процветании каждого, не знать, ну ты, хозяин, даешь!.. Тут Хаки им и дал! Назло.