Сандра успела сделать только один шаг, как патрульный стремительно пересек разделявшее их расстояние.

— Доктор?

Она бессознательно скопировала его интонацию:

— Офицер?

Суженные серые глаза внимательно рассматривали ее. Итогом было:

— Вы не числитесь в списках пропавших без вести.

— Естественно, потому что я никуда не пропадала. Я осталась в Гарате добровольно.

— Причина?

Сандра пожала плечами.

— Если для вас это причина — здесь умирают люди. Эпидемия, потом эта… война.

— Из-за этой войны завтра вы будете объявлены вне закона. По приказу правительства любой инопланетный специалист, находящийся на территории провинции Гараты и не сдавшийся добровольно, автоматически лишается гражданства, дипломатической неприкосновенности, и будет судим по законам Афрона.

Ему не нравился ее прямой, в глаза, взгляд, хотя, на что еще, собственно, в его лице-маске она могла смотреть? У доктора были карие, настороженно-любопытные, такие… неожиданно живые глаза на осунувшемся от усталости скуластом лице. Русые волосы грязны и взлохмачены, отчего женщина походила на беспризорного подростка. Некогда щегольской комбинезон с эмблемой космомедика порван в нескольких местах, а на боку…

— Вы ранены?

Женщина нетерпеливо отмахнулась:

— Не обо мне речь! Вы прекрасно знаете, что никакого суда не будет! И Патруль допускает такой геноцид?

— Речь сейчас именно о вас. И я не собираюсь оправдывать или объяснять действия…

— Бездействие!

— …Патруля. Ваше имя?

— Какая разница? — она протянула руку и постучала пальцем по камере, прикрепленной у его виска. — Вы без труда установите мою личность. И я навсегда останусь в архивах Патруля. Героического, мужественного и справедливого Патруля.

— Послушайте, мэм, — возразил он, неожиданно задетый, — вы знаете, что Патруль соблюдает принцип невмешательства во внутренние дела — до тех пор, пока какая-либо из конфликтующих сторон не призовет его на помощь. Почему лорд Калвер этого не сделал?