– Я поняла, – вышла из задумчивости Харбингер. – Кто бы ни послал кадзе, у него был доступ не только к кристаллам на кремние-алмазных полупроводниках. У него также был доступ к кодам Службы безопасности Руководящего Совета, не говоря уже о наших. Таким образом, он должен быть сотрудником Службы безопасности Руководящего Совета или полиции.

– Или Концерна, – добавил Хэши. – «Болеутоляющие средства» принадлежат ему.

– Или Концерна, – согласилась Харбингер.

– Впрочем, Службу безопасности Руководящего Совета можно не учитывать, – продолжал Хэши. – В отличие от Концерна рудных компаний и Департамента полиции, наш доблестный Совет не имеет доступа к «Болеутоляющим средствам». Наоборот, Дракон имеет достаточно голосов, чтобы заполучить от Руководящего Совета все, что захочет.

Лейн, окутанная клубами дыма, задумчиво кивнула.

– Итак, – произнесла она, когда стало очевидным, что Хэши закончил говорить, – к чему мы пришли?

– Моя дорогая Лейн, – развел руками Хэши, – мы пришли к тому, к чему пришли. Вы добыли еще один факт. Каждый факт – это шаг, а из шагов складывается путь. И на этом пути мы неплохо продвинулись. Надеюсь, в скором времени вы снабдите нас очередными фактами.

– Непременно, – с готовностью ответила Харбингер и направилась к выходу.

– Я не сомневался в вашем ответе, – обронил Хэши ей вслед. – Благодарю.

Оставшись один, Лебуол задумался.

От одной мысли о списке подозреваемых лиц, составленном Годсеном, который включал всех тех, кто прямо или косвенно имел отношение к производству и доставке кристаллов на кремние-алмазных полупроводниках, могли опуститься руки. Сознание того, что список может включать в себя и прихлебателей Годсена, обескураживало вовсе.