Шершень вытянул из пачки сигарету.

- Да много чего знаю, до утра сидеть будем.

Пепелов хитро улыбнулся. Весельчак по жизни, остроумный собеседник и цепкий профессионал, каким его всегда знал Шершень, сейчас выглядел устало. Улыбка получилась вымученной, но Шершень все же усмехнулся в ответ.

- Если коротко, то после второй Барселонской конференции Холм запретил использование полиморфных схем искусственного интеллекта в пределах всех зон виртуальности Кибернетического Глобуса. Одна из первых схем «эй-ай», которую разработали гейткиперы на основе «слепка реальности» для работы с частными клиентами и небольшими фирмами. Главная особенность этого «эй-ай» состояла в его множественности. Если в случае с другими схемами «эй-ай» ты имеешь дело с одной «личностью», то у полиморфов, обычно, их несколько. Что-то вроде большой и дружной семьи. Основной модуль полиморфа - хаб - способен создавать младшие модули и управлять ими. При необходимости он может и уничтожать их. Самокопирование хаба заблокировано. Почковаться он не может. С одной стороны такая, схема намного эффективнее в работе, с другой - эта способность к созданию младших модулей стала главным их недостатком. Хабы стремились использовать любую возможность для расширения своей семьи. До тех пор пока полиморфы находились в локальных сетях, их могли контролировать местные сисадмины и личные операторы "эй-аев". Когда полиморфы получили доступ к ресурсам Сайберглоба, то этот контроль потеряли. Отдельные кластеры Сайберглоба стали периодически виснуть. Попытки оптимизировать работу предпринимались, и успешные, но на Холме кто-то решил запретить схему. Всех владельцев «эй-ай» обязали отдать носители с полиморфами и пообещали возместить ущерб. Многие отказались это сделать. Более того, сочли директиву Холма за нарушение прав пользователя и человека. Шум подняли большой. В результате некоторая часть пользователей сдала техникам Холма копии и выпустила полиморфов в сеть, отвязав их от носителей. В знак протеста. Таким образом, примерно около десяти тысяч хабов и их семей оказались на свободе.