Менделл оторвал взгляд от своего виски и посмотрел на нее. Она была недурна собой. Слишком молода, но привлекательна. Если он оплатит ее выпивку, она позволит увести себя обедать. Она станет смеяться, говорить глупости и поднимется вместе с ним в номер отеля. И пока у него будут деньги, она останется с ним. Ведь ей совершенно наплевать на то, что он только что вышел из психиатрической больницы.

Маленькая блондинка, увидев, что он смотрит на нее, улыбнулась ему поверх своего стакана. Менделл попытался вернуть ей улыбку, но без большого успеха. Холод дошел уже до его губ. Он не думал, что теперь ему удастся увести маленькую блондинку значительно легче, чем предыдущий раз. Ведь тогда, с той девушкой, прежде чем они оказались в номере, его намерения изменились1. Барни не хотел ни одной женщины, он мечтал только о Галь. Менделл снова толкнул стакан по стойке бара.

– То же самое.

– Только не здесь, – бармен покачал головой.

– Почему?

– Потому что с тебя достаточно.

– Кто это сказал?

– Я.

Плечи Менделла дернулись под пальто. Ему захотелось поспорить, но он сдержался. Может, бармен и прав. Возможно, бармен никогда не был в психбольнице.

– Ну, как хочешь, – ответил Барни.

– Без обиды?

– Без обиды, – согласился Менделл, кивнув головой.

Он подобрал с прилавка сдачу, сунул ее в карман и направился, слегка пошатываясь, к стене, где на крючке висел его старый плащ, который он купил за две сотни долларов три года назад. Пока Барни натягивал его, он услышал, как маленькая блондинка спросила у бармена:

– Кто этот красивый парень, у которого ветер в голове?

– Барни Менделл, – ответил тот, – парень, с которым Эдвард Чэрл должен был встретиться вместо Уоллкотта. Но Барни не смог, так как провел два года в каталажке. Они выпустили его сегодня утром.

– О! – воскликнула молодая девушка, разглядывая Барни с большим интересом. – Значит, это он женился на деньгах семьи Эбблинг?