Выйдя на улицу, Менделл остался стоять под дождем возле бара, разглядывая фасады кинотеатров. Пойти посмотреть какой-нибудь фильм? Остановить такси и поехать повидать свою мать? Пройти в другой бар? Вернуться в отель? Решено – в отель, так как, возможно, Галь написала ему или позвонила. Он направился по Рандольф-стрит с приятным ощущением дождя на лице. На углу Дорберн-стрит Барни остановился, чтобы взглянуть на окна ресторана. Он надеялся, что психиатр прав, но у него по-прежнему был вид сумасшедшего. Так он не выглядел никогда, но говорят, что человек сам не может заметить, когда он теряет разум. Под навесом его отеля стояло много людей, пережидавших дождь, большая толпа была и в холле. Когда он пробирался к конторке портье, менеджер, знакомый по прежним временам, остановил его, чтобы пожать ему руку.

– Никак, Барни! Очень рад тебя видеть, старик!

– Как дела? – спросил Барни, не останавливаясь.

Портье вместе с ключом передач ему телефонограмму. На мгновение Барни подумал, что это от Галь, но нет, это было не от нее. Некий Джон Куртис несколько раз звонил ему, но своего номера телефона не оставил. Менделл вошел в лифт, пытаясь вспомнить это имя. Он открыл дверь своего номера и вошел.

– Наконец-то, Менделл, – проговорил мужчина, сидевший на кровати в темном номере.

Менделл закрыл дверь и прислонился к ней. Ему стало страшно. Ему хотелось знать, существовал ли этот человек на самом деле, реален ли этот мужчина. Барни собирался подойти к выключателю, но мужчина встал.

– Оставьте в покое выключатель, Менделл.

Барни опустил руку. От облегчения он вспотел – человек оказался реальным. Значит, его галлюцинации кончились...

– Что вам надо? – спросил он.

– Высыпьте содержимое ваших карманов на кровать.

– Зачем?

Человек в темноте приблизился на шаг.

– Ну, пошевеливайся и не задерживай меня, ты, силач!

– Не называй меня так, – запротестовал Менделл.