За спиною раздались чавкающие шаги, и сильный удар в спину бросил Хейдера в глубокую лужу. Со стоном повернувшись на бок, мужчина с трудом раскрыл глаза и увидел двух воинов, которые с ненавистью наблюдали за пленником. Надо же, с лордом пожаловал наследник, любимец Болард. Последнего, кто посмел неосторожно произнести его прозвище Кровавый, подвесили за ребра прямо во дворе цитадели. А тридцатилетний угрюмый мерзавец искренне веселился, вырывая щипцами из тела несчастного куски мяса… Наверное, Болард очень жалеет, что наемники сдались без боя и что нет желающих отдать жизнь за неудачливого бастарда. Другой причины нет, ради чего будущий хозяин Ланграссена стал бы так кривить рожу.
Зашелестел тонкий меч, и острое лезвие уперлось в лоб Хейдеру.
— Отец, ты действительно хочешь оставить это отребье в живых? Подумай хорошенько, скольких проблем мы избежим, если убьем его сейчас.
Лорд Дейст, похожий на коротколапого тролля, неодобрительно покосился на сына и сложил руки на груди: верный признак отвратительного настроения. Прошедшая зима изгрызла стылой лихоманкой посеченное в боях тело, и характер старика стал просто несносным. Понаблюдав, как кончик меча чертит кровавые руны на лбу бастарда, лорд все же соизволил ответить:
— У нас долг перед Троллудскими червями. Мы должны рассчитаться с бородатыми коротышками. И если вместо крепежного леса и скота я могу расплатиться недоноском — так тому и быть!
— Таким образом, мы признаем его право носить нашу фамилию! — сверкнул глазами Болард.