– Слыхал, Лексеич, чего Айльбибековы учудили? - зам по маркетингу Чуров на ходу щедро зачерпнул из мешка кунжутного семени и отправил в рот. - Ж-жны в хыб зпкьют.

Гриф непонимающе поднял брови.

– Жетоны в хлеб запекают, - пояснил Чуров, судорожно проглотив кунжут. - Металлические. Все метро рекламой заклеили: "Собери пять жетонов и выиграй безумную неделю на Эквадоре".

– Так зубы же поломают все! - засомневался Вовка.

– Уже! - радостно подтвердил тот. - В "Новостищах" писали. Так у них на упаковке меленько написано "Употребление батона в пищу может быть связано с риском для здоровья." Фиг чего отсудишь! А потом, говорят, они договор со стоматологами заключили.

– И чего, покупают? Батоны?

– Еще как! Халяву же обещали. Но если б только это... Вчера зарегистрировано объединение "Квадратная булка", принимают всех желающих. "Отруби" с "Приятным аппетитом" уже вступили, 15-й хлебокомбинат, "Бабушкины пирожки", еще пекарен двадцать мелких...

– Это они не подумавши, накануне голосования-то.

– Не скажи, Лексеич. Массой задавить могут.

Вовка удрученно забарабанил пальцами по столу.

– Мне нужна идея. Большая свежая идея, - и мрачно уставился в дверь, словно ожидая, что идея сама войдет в пекарню.

Дверь в самом деле отворилась, хлопнув об стену. Но вместо абстрактной идеи на пороге обнаружилась вполне материальная кондитер-дизайнер.

– Владимир Алексеич, ну я не знаю, что с Кошенком делать! - плаксиво заявила Раечка. - Он опять гири к рукам присобачил и глаза завязывает.

Гриф взрыкнул и потрусил разбираться.

Кошенок был третьей головной болью "Хлебушка" - после Айльбибековых и гения Рысевича. Тихо помешанный на преодолении трудностей, он то норовил связать себе руки за спиной, то украшал торт с закрытыми глазами, а то вообще замешивал тесто, болтаясь вверх тормашками под потолком.