Индеец молча поднялся и одел куртку.

— Думаю, ты прав, но и я вряд ли ошибусь, если добавлю, что сейчас он пьет текиллу…

* * *

Этот проклятый сон снился ему, наверное, в сотый раз. Снова под стволом бортового пулемета «кобры» проплывали бесконечные джунгли, снова горели деревни, окутанные клубами взрывов, снова он слышал стоны раненых, едкий запах пороховой гари и отвратительный сладковатый смрад трупов…

— Живо, живо, мужики! — поджарый, чумазый от дыма лейтенант не то приказывал, не то упрашивал солдат, тащивших к вертолету носилки с ранеными. Грохот взрывов не умолкал ни на секунду. Осколки мин то и дело рвали борт «кобры».

— Все! Уходим! — нервно орал командир вертолета. — Сейчас придут еще два борта и заберут остальных!

— Подождите! Не оставляйте нас! — к вертолету бежали солдаты. Они спотыкались и падали среди вздымающихся черных фонтанов земли.

— Командир! Мы не можем оставить их! — прокричал второй пилот.

— Парень?! — рявкнул в ответ командир. — Все равно всех не забратьУходим!

Вертолет уже отрывался от земли. Панчо, изнемогая, втащил в него раненого солдата. Солдат вцепился ему в плечо.

— Там наши! Их много! Надо вернуться! — кричал он в ухо Панчо.

— Спокойно, брат, за ними уже идут «вертушки», — успокаивал его Панчо. — Вон там, над деревьями, видишь?

Солдат обернулся. Над стеной джунглей действительно шла пара вертолетов. Заложив вираж, они начали спускаться прямо на рисовые поля, где, отбиваясь от вьетнамцев, метались фигурки оставшихся американцев.

Панчо, припав к бортовому пулемету, короткими очередями пытался прижать к земле цепь наступавших врагов. Вертолеты уже зависли над зеленым рисовым полем, когда совсем рядом, с опушки леса, тяжелой ровной строчкой ударил ДШК.

Ближайшая «кобра» неуклюже повалилась набок и через секунду взорвалась. Пламя взрыва поглотило людей, бежавших к вертолетам.