– Как?

– Купи Ковчег, – сказал он. – Я даю тебе все права, поскольку ты так хорошо знаешь ситуацию. Заставь этого Тафа проявить благоразумие. За все отвечаешь ты.

Он кивнул, и экран погас.

На С'атлэме Хэвиланд Таф исполнял роль туриста.

Нельзя отрицать, что эта планета по-своему производила глубокое впечатление. За годы работы торговцем, перелетая от звезды к звезде на своем «Роге Изобилия Отборных Товаров по Низким Ценам», Таф посетил столько планет, что не мог все и упомнить, но С'атлэм он вряд ли позабыл бы так скоро.

Он повидал немало захватывающих зрелищ: хрустальные башни Авалона, небесные паутины Арахны, пенящиеся моря Посейдона, черные базальтовые скалы Клегча. Город С'атлэм – много веков назад древние города слились в один гигантский мегаполис, оставив свои названия районам, – мог соперничать с любым из этих зрелищ.

Тафу вообще нравились высокие здания, и он любовался днем и ночью городским пейзажем со смотровых площадок на высоте одного километра, двух, пяти, девяти. Как бы высоко он ни поднялся, огни были повсюду, они бесконечно простирались по всей земле во всех направлениях, и нигде не было видно темных пятен. Прямоугольные, невыразительные сорока – и пятидесятиэтажные дома стояли бесконечными плотными рядами, всегда в тени от зеркальных башен, которые возвышались над ними, поглощая все солнце. Над одними уровнями поднимались другие, над теми – третьи. Движущиеся тротуары переплетались и пересекались в виде запутанных лабиринтов. Под землей находилась разветвленная транспортная сеть; трубоходы и грузовые капсулы пронизывали темноту со скоростью нескольких сот километров в час. Еще ниже были подвальные этажи, цоколи, тоннели, дороги, аллеи и жилые корпуса – целый город, который уходил вглубь настолько же, насколько его зеркальное отражение простиралось в небо.

Таф видел огни мегаполиса с Ковчега; с орбиты было видно, что город занимает полконтинента.