— А общие данные?

— Их нет.

— Как нет? Но без них…

— Все общие данные моей души собраны в одну большую структуру, входная нить которой привязана к той же самой решетке. Фактически эта решетка скрепляет воедино все заклинание, и все остальные его элементы могут перемещаться куда угодно и как угодно. Более того, есть подозрение, что фрагменты моей души могут связываться друг с другом через элементалы. Мы еще не разобрали этот код, но это очень похоже.

— Ну ладно, твоя душа очень пластична в механическом смысле. Ну и что? Что это дает тебе как разумному существу?

— В обычной жизни — ничего. А если очень приспичит, я могу, например, уничтожить свое тело и распределить Душу между множеством неразумных предметов, и меня нельзя будет уничтожить, пока не будут уничтожены все эти предметы. Не исключено, кстати, что можно размазать Душу по нескольким соседним мирам.

Я все еще ничего не понимал.

— Ну да, все это круто, но чем это лучше, чем обычная резервная копия?

— Кстати о резервных копиях. В моей душе изначально присутствует функция создания резервных копий. Фактически они регулярно создаются независимо от моего желания. Круто, правда?

— Да, но…

— Ты еще самого главного не знаешь! Примерно половина кода моей души активизировалась только один раз — при внесении души в этот мир. Понимаешь?

— Не понимаю.

Уриэль некоторое время смотрел мне в глаза, видимо ожидая, что я пойму, но я так и не понял. Наконец Уриэль махнул рукой.

— Ладно уж, объясню тебе. Я не порождение Средиземья.

— А что же?

— Как бы это поточнее сформулировать… Есть старая легенда про цветок папоротника…

— Который врастает корнями в живое тело, разумный умирает, и на его трупе вырастают цветы?

— Она самая. Говорят, что цветы папоротника применялись в древности при осаде городов. Достаточно вбросить один цветок в осажденную крепость, и через пару месяцев там не останется ни одного живого существа.