— Любая война состоит в основном из крови и ужаса. Только в сказках войны состоят из подвигов и славы.

— Это понятно, — вздохнула Мезония. — Ну как, ты доволен, что развязал войну?

— Это не я. Гней Рыболов восстал бы в любом случае.

— И немедленно скончался бы от трагической случай-ности. Нет, Хэмфаст, то, что восстание короля победило, — твоя заслуга на все сто.

— Не на все сто. Я ведь только начал войну, закончил ее Уриэль.

— Значит, твоя и Уриэля заслуга. Ты доволен?

— Ну да. Что плохого в том, что власть вернулась к законному правителю?

— То, что власть ушла от более достойного. Или ты считаешь, что Гней умнее Леверлина?

Я помотал головой.

— А зачем ты тогда устроил весь этот бардак? Ты хотел истребить фениксов — и что? Ты их истребил?

— Нет.

— И зачем была нужна вся эта кровь? Потренироваться в магии? Набрать скилла?

И я понял, что Мезония права. Я действительно хотел избавить Средиземье от потенциальных ужасов массового уничтожения, но это никогда не было моей главной целью. Начинающий маг прочитал все, что смог прочесть, понять и осмыслить, захотел применить знания на практике и бросил все свои силы на алтарь первого попавшегося доброго дела. Получилось совсем не то, что задумывалось, но основная цель достигнута, маг приобрел практический опыт — то, что невозможно почерпнуть из книг. Маг вырос и теперь с улыбкой смотрит на свои детские забавы, как и положено на них смотреть. Вот только детские забавы оказались слишком кровавыми.

— Ты давно был в Аннуре? — спросила Мезония.

— Ни разу с тех пор, как меня убили.

— Зря. Мог бы полюбоваться на дело рук своих. Сейчас почти все уже восстановлено, но, если расспросить увечных нищих у храмов, можно узнать много интересного о твоих подвигах. Но что тебе с того? Никто не знает, кто виноват в том, что случилось, ведь ты творил свои дела не на глазах у народа.