Потом не поверил.

Запрыгал к зеркалу, чтобы увидеть в отраженном мире ту же картину, только с фасада.

— Да бред же, — произнес он с надеждой. — Сплю. Пьяный дурак. Зачем пил?

Кусок его тела странным образом отсутствовал. Очень важный кусок. Очень. Ну просто не было там ничего — там, где непременно должно было быть.

— Что за чертовщина? — прошептал человек.

Он раскорячился и, не доверяя глазам, провел рукою меж ног своих. Пустой гладкий пах — как у куклы. Даже волос не было. Он бросился искать в спущенных трусах… (явная глупость: не могло же ЭТО отклеиться и заваляться в одежде?). Он повернулся к зеркалу задницей, пару секунд разглядывал себя с этого интересного ракурса…

А потом завизжал. Тоненько и пронзительно, как девчонка.

…Самое время познакомиться с нашим героем поближе.

Человек был служивый, казенный. Жил и работал в Клопино, что под Санкт-Петербургом, спаси и сохрани, Господи, бывшую столицу. Клопино, между прочим, крупный город, несмотря на несерьезное название. Целых два градообразующих предприятия, одно из которых — «Виктория, Schmid Ziegel», завод по изготовлению стройматериалов, купленный немцами. Так вот, служил наш герой в Клопинском Управлении вневедомственной охраны или иначе — УВО. Должность имел не маленькую и не большую — начальник команды «А» в сторожевой службе. Какой-никакой, но командир. Аттестованный сотрудник — со всеми вытекающими отсюда правами. Под ним ходило более полусотни сторожей-контролеров, хоть и был он сравнительно молод. И охраняла команда «А» ни что иное, как вышеозначенный завод «Виктория, Schmid Ziegel».

Имел он, разумеется, и чин — прапорщик. Не майор, конечно; с другой стороны, и не сержант. Устойчивая, крепкая жердочка.

В общем, занимал наш герой свое место в той благородной чиновной прослойке, что отделяла истинное начальство от вольнонаемного сброда.