Небо над головой начало светлеть, но теплее пока не становилось. У Чиано зуб на зуб не попадал; ступни ног посинели от холода и уже ничего не чувствовали. Наконец наверху послышался шум, и в яму спустили лестницу.

- Вылезай, - хмуро сказал сторож.

Чиано лез медленно, одеревеневшие от холода руки и ноги не хотели слушаться. Сторож обругал его, и, когда Чиано, наконец, выбрался из ямы, дал ему хорошего пинка.

- Иди! Наши господа тхуны хотят поговорить с тобой.

Чиано побрел по каменистой, с выбоинами, тропинке, которая вела к укрепленному пункту тхунов. Сторож шел сзади, с винтовкой наперевес.

Из предрассветного тумана показалась увенчанная рядами колючей проволоки сырая бетонная стена укрепленного пункта. Из-под проволоки торчали черные стволы лучеметов. У пропускника стоял тхун в черном панцире (отец называл его почему-то скафандром) и прозрачном шлеме, с импульсатором у пояса.

- Господин, я привел его, - сказал позади сторож.

- Можешь идти, - голос тхуна был каким-то безжизненным, механическим, лишенным интонаций. - А ты следуй за мной.

Не дожидаясь Чиано, тхун скрылся за дверью. Чиано оглянулся. Сторож уже пошел обратно и успел скрыться в тумане. Вот сейчас можно прыгнуть в сторону с тропинки и убежать. Гнаться за ним навряд ли будут, а если и погонятся, то в таком тумане все равно не найдут.

Чиано сам испугался своих мыслей. Ну убежит он - а потом что? Куда податься, где жить, где найти еду? Правда, говорят, что в горах живут чики, которые не подчиняются тхунам, и даже иногда нападают на них. Но это, скорее всего, тоже сказки.