- Не знаю, как насчет "исповдоль", но путешествовать - путешествует. С утра названивало, требовало разыскать Борейко, угрожало внеочередной оперативкой.

- На то мы и УГРО, чтобы угрожать... А по какому поводу оперативка?

- Кажется, по поводу роста криминогена, а также для разбора разгильдяйства отдельных сотрудников ОВД.

- Имена этих отдельных счастливцев тебе, конечно, известны?

- Увы, - Петя-Пиво развел руками.

- Ох, смотри у меня, сержант! - Дмитрий потряс кулаком. - Сокрытия такой информации органы тебе не простят!..

Что-то пробормотав, дежурный отщипнул кусочек от пухлого, лежащего на столе батона и кинул алчущий взгляд в пространство, укрытое от входящих фанерной перегородкой. Там по обычаю он прятал своих ближайших друзей. Еще недавно "друзья" остывали на полке холодильника, а теперь округлые их бока запотели, блеск содержимого приятно затуманился. Украшенные этикетками "Жигулей", они взывали к совести хозяина, торопили скорее спровадить собеседников.

- Терпение, сержант! Уже уходим... - Дмитрий помахал ладонью. На лестнице, чуть понизив голос, он выдал пространное резюме.

- Ей-богу, его можно понять. Маленький периферийный городок, ни смут, ни прочей пугачевщины. Словом, служба - не бей лежачего. Но ведь в чем-то надо искать смысл, строить базис будущей гармонии! Так сказать, - соития великого и малого...

- А природа - она тоже свое берет! - подхватил Александр.

- Да еще как берет! Стальными пальцами, на каждом из которых перстень из нефрита!.. И зачем, в сущности, противиться, если известно, что красота спасет мир? Все равно для Пети красота овеществлена в чувственном блаженстве. Иначе говоря, в перцепции такой метафизической категории, как счастье. Всякое занятие для него вдвое приятнее, когда он прихлебывает пиво. Он любит положительные эмоции, и что в том плохого? Пиво волнует его, как шампанское женщину...