- Посмотри, пап! Он сошел с ума, он укусил меня! Пап, он укусил меня! - Рыдания Энтони превратились в сопение, и он показал мне распухший, посиневший синяк на запястье, его пересекал полумесяц розовых точек. Потом Энтони пальцем указал на существо.

Ленивец дрожал всем телом. Кровавая пена выступила в уголках его губ. Он тщетно разгребал песок неуклюжими присосками, выпучив крошечные глазки. Неожиданно пушистый зверек повалился набок, задергал ногами. Дыхание с шипением вырывалось из его глотки, как из пробитого клапана.

- Ленивец не выносит такой жары, - объяснил я Энтони и помог зверьку подняться на ноги.

Он попытался укусить меня, но я вовремя отдернул руку.

- У него солнечный удар, малыш. Вот он и сошел с ума.

Неожиданно ленивец широко открыл рот, разом выдохнул весь воздух и больше не сделал ни одного вдоха.

- Теперь все будет в порядке, - тихо проговорил я.

Еще два ленивца толкались у дверцы, не решаясь вылезти на песок. Над присосками сверкали яркие черные глазки, Я затолкнул их назад кусочком ракушки и закрыл дверцу.

Энтони по-прежнему смотрел на белый меховой шар на песке.

- А теперь он перестал сходить с ума?

- Он мертв, - объяснил я малышу.

- Мертв, потому что вышел наружу, да, пап?

Я кивнул.

- А отчего он сошел с ума? - Малыш сжал кулак и размазал слезу по верхней губе.

Я решил изменить тему разговора. Мы подошли к тому, о чем говорить с маленьким ребенком мне вовсе не хотелось.

- - У тебя-то все в порядке? - поинтересовался я. - Ты, малыш, сегодня дал маху. Ну, да ладно... Иди и приведи в порядок свою руку. Парни в твоем возрасте должны сами уметь это делать. - Одновременно обернувшись, мы посмотрели назад, на поселок.

Такие маленькие ранки, как у Энтони, легко инфицировались. Они уже вспухли.

- А почему ленивец сошел с ума? Почему он умер, когда оказался снаружи, а, пап?

- Он не вынес прямого солнечного света, - стал объяснять я малышу, когда мы направились в сторону джунглей.