Заветные десять тысяч правильных знаков после запятой становились всё ближе. Чечевицын уже купил вторую тетрадь - потоньше - куда начисто перепишет результат, и спрятал её на полке под майками.

Месяц назад в особенно благостном расположении духа он показал расчёты дочери. А потом терзался, в ужасе представляя, как она раззвонит про папино чудачество в школе, как его станут обсуждать дочкины одноклассники, а может быть, даже примутся отчитывать на родительском собрании, как жена подожмёт губы и несколько дней не будет с ним разговаривать.

Обошлось. Слава богу, дочка была в том возрасте, когда любые занятия взрослых кажутся ерундой. Ну разве что если бы он рок-музыкантом был...

А недавно добавился новый повод для волнения: в контору завезли компьютеры. Один поставили на соседний стол, и теперь безалаберная хохотушка Галочка целыми днями молотила по клавишам и елозила по коврику мышью в непосредственной близости от Чечевицына.

Про компьютеры Чечевицын знал, как их включать и что у них есть такая штука - интернет. Галочка то и дело искала в этом интернете кулинарные рецепты, схемы вышивки крестиком и умильные фотографии котят с бантами. Наверняка, если порыться как следует, там можно было найти и таинственное число Пи. И может быть, даже со всеми десятью тысячами знаков.

Чечевицын крепился изо всех сил. Искушение проверить результат было велико, но сама возможность такой проверки словно умаляла дело всей его жизни. Недосягаемое число враз стало доступно всякому, кто усядется за клавиатуру. Несколько дней Чечевицын ходил уязвлённый предательством.

Потом успокоился. За последние годы он так сжился, сросся с числом Пи, словно он сам его придумал. Или даже родил. И теперь мог великодушно позволять пользоваться им всем, кому не лень.

Карандашные расчёты всё равно будут принадлежать только ему. Заветные десять тысяч аккуратных цифр.

– Осторожно, двери закрываются, - сообщил динамик. - Следующая остановка - "Детский мир".